Он уходил… Молчала, Сидя, на полу она. Он хлопнул дверью. Лопнула струна на грифе. Вслед вырвала чеку она, Швырнув бокал. И разлетелся мир На ноты и обрывки.
Мосты и замки, Сны и слёзы, вздох навылет, Сплин… И бусины рубина — На пальцах и в груди, Осколки — на полу. Ушёл, плеснув в огонь Бурбо́н, отрезав Без наркоза половину Сердечной мышцы. Что ж — Love… is a losing game.
И таял свет внутри неё, Снаружи, последний Трип дарил прощальные Стихи и блюз, Что оставлял следы Цветенья дикой вишни, По воздуху летевшими Строками в высь.
Мостыи замки, Сны и слёзы, вздох навылет, Сплин… И бусины рубина — На пальцах и в груди, Осколки — на полу. Ушёл, плеснув в огонь Бурбо́н, отрезав Без наркоза половину Сердечной мышцы. Что ж — Love… is a losing game.
И сердце, выстрелив пружиной, Взмыло на небо. Неугасимым эхом Через звёзды понеслось Её признание в любви — Поэма... оборвавшегося лета! О, девочка, твой парус Звёздный таял за спиной ночи…
Мосты и замки, Сны и слёзы, вздох навылет, Сплин… И бусины рубина — На пальцах и в груди, Осколки — на полу. Ушёл, плеснув в огонь Бурбо́н, отрезав Без наркоза половину Сердечной мышцы… Что ж… Love… is a losing game…
*** И шли минуты вереницей Шаг за шагом, Тихо-тихо, Дыханье затаив, Удерживая строй, Рука в руке: Прощай! Ты уплывал за горизонт По струнам грифа В закат малиновый Last blues. Last cry.
И уносились к выси звуки, Строки, риффы, Рифмы плыли Последним кораблём, Расправив паруса, Окликнув ночь: Зажги! И ты качнул по звёздам, Как по нотам небо, Поцеловав луну. Last blues. Last night.
По млечному пути скользя, Вибрируя, всё Выше, выше, Пересобрав созвездья, Постучался в дверь — Black hole. — Открой! Сломал гитарным соло Горизонт событий. Рванул сверхновую. Last blues. Last flight.
Шестёркой блюзовой заставил Звездопадить Крышу мира. Минуты от восторга Замирать — Сome on! Let’s drive! Перевернул, смешал ты Время, блюз и небо… Wolf, Hooper, Walker, Waters, King… Nice try… Nice try…
***
Блюз, чёртов блюз Опять качает сумерки И, соблазняя пряной ночью, Мне не даёт уснуть И гонит из души покой. В глаза заглядывая, Обещает и смеётся. И в остро-сладкой боли Только остаётся — Забыться! Словно в чарах колдовских На время раствориться И в пьяной грусти терпкой Ощутить огонь И лихорадки аритмию, Проклятье проклятых, Упавших с неба крыл.
Ты — как тепло внутри От Westland Whiskey. Ты — как скала Оn the Pacific coast. Ты — бархат по щеке И солнце на рассвете. В груди ты — лезвие От Вénchmade Ádamás.
В гитарном соло — Слёзы ангелов осевших: Они не сожалеют, Но тоскуют иногда, Украдкой взгляд Бросая в облака, О юности прошедшей, О потерянных краях. Вот так и я, Вдруг, повернувшись Неуклюже, лбом Бьюсь о дверь открытую: И глупо, и смешно. Ты — на другом конце, За дверью края света, Я на Фонтанке пью, Читая bourbon blues…
Ты — как тепло внутри От Westland Whiskey. Ты — как скала Оn the Pacific coast. Ты — бархат по щеке И солнце на рассвете. В груди ты — лезвие От Вénchmade Ádamás.
***
Шальная Ночь шептала И пила «Ruinart». И, губы закусив до крови, Шла навстречу Блюзу В коротком платье чёрном, На высоких каблуках, Покачивая бёдрами, И дерзко прямо глядя…
Blue Devil виски пил, Читая по её глазам. Петлёй змеиной Обвивал и, затянув В объятья, губами Проводил по оголённым Проводам её желаний, Пальцами скользя по платью.
Ночь приближаясь, Отстраняясь, дразнила Блюз и, не касаясь, Дотрагивалась до священных струн. Целуя бездну прямо В губы, прислушивалась к Тьме его истерзанной души, Рождая всполохи и звуки.
Blue Devil, что всегда один, Всегда быть обречён в дороге, Звучал из глубины Слезами Stainless Steel, Её за плечи прижимая К себе. Мир-маятник качая, Летели Ночь и Блюз, венчая Али́ю чёрных крыл.
От львов с крылами золотыми На строгом северном мосту — По линии береговой Los Cábos Bája Califórnia бежала Девчонка дерзкая — ветер в груди! Белый песок — на пятках, В волосах — шум океана. Туда-обратно, вверх и вниз, По струнам нержавеющим — Первая невеста блюза Прозвучала… Мелодией прибоя на заре. Как капля нежная Лазоревой воды, как перья крыльев Розоватых пеликана…
Смеялся солнечно В неё влюблённый блюз.
Качали волны непрерывно, Стремящиеся вечно К горизонту пилигримы-корабли, Обвенчанные небом По закону бога моря Со звездой Полярной, Попавшие в теченье сильное Blues stream. Печальные огни Она глазами цвета Бирюзовой бездны провожала Навеки в глубину своей души. Удерживая ветер на груди, Стряхнув белый песок, От кромки вод на сушу — прочь шагала.
Прощаясь, тихо плакал На закате пьяный блюз.
Он стал мудрее, но не стал другим — Бродяга-блюз: подруга верная — У каждого причала. В его гитарных соло Проступила соль морей… И соль минор звучало. Печаль Стала со вкусом виски И сигарного тумана, И страсти цвета вороных коней. И забываясь в музыке, Пусть ненадолго, Приоткрывая спрятанную В выверенных буднях дверь, Он выпускает на прогулку Под шальной луной Воспоминания о той, Что бегала в волнах рассветных.