Странники
Написано на корабле, плывущем с острова Koh Tao,
во время грозы в Андаманском море в октябре 2010 года.
«Я уплываю, и время несёт меня с края на край...»
Р. Тагор.
…Я скитаюсь от острова к острову — кусок материка, оторвавшийся когда-то в прошлом, очень давно и обречённый блуждать в поисках земли круг за кругом. Всё, чего я хочу ─ разорвать Круг и обрести Мир…
***
Мы выходим из бухты. Утреннее море, не выспавшееся и нетипично для этих широт, почти по-питерски тёмное, штормит уже второй день. Рассерженные волны бьют в стекла иллюминаторов и рвутся внутрь, заливая палубу, словно желая наказать корабль и нас. Отхлестать за дерзость и проучить за наглую уверенность, что мы — цари природы.
Наш корабль плывет пятый час. И я ловлю себя на невольной мысли, что мечтаю о том, чтобы мы не доплыли, а затерявшись между мирами в каком-нибудь «треугольнике», навсегда остались блуждать в океане. Но с каждой оставленной позади милей, вода понемногу начинает приобретать насыщенный пыльно-лазурный оттенок с привычным бирюзовым отливом, а солнце, вырываясь из объятий туч, всё чаще являет сквозь разомкнутые пальцы нетерпеливые лучи.
У меня в наушниках — «Снег над Ленинградом». Это не ностальгия ― идентификация. Оставив один остров, я плыву к другому, чтобы совершить ещё пятьдесят дайвов. И дать себе возможность вновь, как можно острее ощутить момент, когда снег оборачивается белым песком, а ларимаровые волны дотягиваются до гранита призрачных набережных. Миг, в котором удивлённо отражаясь в глазах гигантской черепахи, плывущей со мной на одной глубине, я вижу твои глаза и себя в них. Единственно возможный миг, вышедший из бездны и растворяющийся в ней.
Корабль делает остановку у обсиженного фанерными домами островка. Мне на него не надо. Большинство пассажиров сходит на пирс: некоторых из них я знаю, других ― не узнаю никогда. Приняв на борт новых людей, мы снова выходим в море.
Море. Большая вода. Первый раз я увидела её, когда мне было пять. Отправленная из дома в магазин на первом этаже за сыром, я по пути заглянула в соседний двор, так получилось. Во дворе, после бушевавшего ночного ливня, образовался водоём. К его берегу прибило старую деревянную дверь. Мой «Кон-Тики». Не задумываясь, я встала на неё и поплыла... поплыла по Большой воде прямо навстречу пылающему багрянцу закатного солнца.
В детстве реальность выглядит так, как и должна — пластично, без жёстких рамок и застывших образов, поэтому путешествия происходят легко и свободно. Ты можешь оказаться где угодно, в любой момент, стоит только пожелать и отдаться всеобщему потоку. Я пожелала. И Океан принял меня, как свою, а я приняла Его, дав обет, никогда не приставать к берегу.
Забавно: люди-камни, всю жизнь укрепляющие дом на суше, зачастую втайне мечтают стать водой и умчаться, чтобы увидеть невероятные дали. Люди-вода всю жизнь странствуют, ощущая невероятное в себе и себя в дали, втайне мечтая построить дом на берегу.
Я плыву от острова к острову сквозь никогда не прекращающийся снег, вечный гранит, облака, белый песок и пламенеющее время. Солнце выжигает мою кожу. Тело тает. Разум становится яснее. Чувства утончаются. И пропуская всё это через себя в единственно возможной точке моего путешествия, я становлюсь Звездой. Я разрушаю мосты и строю их вновь. Ощущаю себя живой и отчётливо вижу «…белые берега… и за ними ― далёкие зелёные холмы под восходящим солнцем.»* Они внутри меня вместе с тобой и Миром.
*цитата «Властелин колец»
Сурья Севера ©